| В суде завершились слушания по необычному делу о праве собственности на колесный трактор Т-40. История получилась запутанной: техника фигурировала и как зарплата, и как объект совместного пользования охотников, а разбирательство началось после заявления в полицию об угоне, которое написала дочь участника СВО.
Кто является законным владельцем старого трактора, если нет документов, но есть устные договоренности и расчетный листок семилетней давности? В этом вопросе пришлось разбираться Режевскому городскому суду.
С иском в суд обратился местный житель, назовем его Геннадий. Мужчина требовал признать за ним право собственности на трактор марки Т-40 и обязать ответчицу, дочь своего знакомого, вернуть ему эту технику.
По словам истца, в 2017 году работодатель выдал ему трактор в счет заработной платы. Однако поставить «железного коня» на учет в ГИБДД не получилось — техника оказалась списанной. Тогда Геннадий передал трактор своему знакомому Виктору. Товарищ пользовался трактором, помогал с ремонтом и даже частично компенсировал его стоимость. Техникой пользовались совместно.
Идиллия разрушилась, когда Виктор подписал контракт и убыл в зону СВО. Геннадий решил подстраховаться и отогнал трактор в другое место на хранение. Но тут вмешалась дочь Виктора: она написала заявление в полицию, заявив об угоне, так как считала, что трактор принадлежит её отцу.
В суде позиция истца была последовательной, но, как выяснилось, шаткой. Геннадий настаивал, что главное доказательство — расчетный лист за май 2017 года. Он также признал, что ключи от трактора все это время находились у Виктора, а сам истец пользовался техникой лишь эпизодически, примерно раз в год. С 2019 года он и вовсе перестал вкладываться в содержание и ремонт трактора, оставив эти хлопоты приятелю.
Представитель ответчика привела свои аргументы: трактор всегда принадлежал Виктору, который его и содержал. Истец молчал о своих правах долгие годы и вспомнил о них только в суде.
Свидетели из числа общества охотников подтвердили, что трактором владел именно их общий знакомый Виктор, и именно охотники общими усилиями его ремонтировали и эксплуатировали.
Суд, изучив все обстоятельства, решил, представленный истцом зарплатный листок за май 2017 года не подтверждает переход права собственности на трактор. Он лишь фиксирует факт удержания некоторой суммы денег за покупку товара со склада, но не является договором купли-продажи. Согласно законодательству, признание права собственности связано с передачей вещи непосредственно покупателю и заключением соответствующего соглашения, которое в данном деле отсутствует.
Поскольку трактор находился в постоянном пользовании Виктора, он следил за техникой, ремонтировал её и нес расходы, трактор оставлен в его владении. В удовлетворении иска Геннадия отказано.
Решение суда не вступило в законную силу и может быть обжаловано сторонами.
Пресс- служба Режевского городского суда. |
